Немногие знают главную цель моего путешествия в Кению — увидеть моих братьев — жирафов.

Жираф — самое высокое животное на планете. Древние римляне считали, что это гибрид верблюда и леопарда, поэтому назвали их camelopardalis. А слово «жираф» пришло из арабского zarafa — «изящный».

Шея у него длинная, чтобы доставать листья акации на высоте 5-6 м над землёй, но позвонков, как у человека, всего семь.

Чтобы увидеть жирафов, обычно покупают дорогой билет в какой-нибудь парк. Но смотреть на великанов из окна машины — удовольствие сомнительное, к тому же билет стоит дорого. Поэтому я поехал в город Найваша на берегу одноимённого озера.
Просто шёл по дороге — и увидел молодого жирафа. Он жевал колючки и смотрел на низкого меня без уважения. Когда я захотел сделать селфи, он решил, что не готов к славе, и убежал. Мы пошли за ним по тропинке и вышли на поляну с ещё семью жирафами, зебрами, антилопами Импала и другими парнокопытными, которые не представились.

В комментариях больше информации про жирафов 🔥.

В кенийской деревне скучать некогда. Люди встают с рассветом, а когда солнце прячется за горизонт, семьи разжигают костёр под баобабом, готовят ужин, беседуют и плетут корзины.

Но для белого гостя всегда найдётся проводник, который знает африканские джунгли как свои пять пальцев. Вот и мне снова повезло — сосед вызвался отвести меня на гору и показать большого питона, который живёт под большим камнем. По словам местных, длина у него метров семь.

Но, мы слишком долго собирались и пришли к логову как раз в самую жару. А питон, говорят, в это время обычно обедает или отдыхает в месте  попрохладнее. Поэтому дома его не оказалось.

Нашей НЕвстрече я даже немного обрадовался.
Зато с холма, куда мы забрались, открылся вид на африканскую саванну — как с высоты птичьего полёта. Деревня внизу выглядела маленькой, аккуратной и очень мирной.

И стоя там, я подумал:
иногда самое удачное сафари — это когда ты просто посмотрел на Африку сверху…
и убедился, что семиметровый питон сегодня пообедал кем-то другим 🐍.

В кенийской деревне нет электричества и водопровода, зато есть натуральное хозяйство в чистом виде. Вместо тракторов — волы: и грузовики, и сельхозтехника, и медитация для хозяина, который неторопливо идёт за плугом и размышляет о жизни.

В сельском магазине покупают только то, что нельзя вырастить: соль, мыло, стиральный порошок, спички, сахар и батарейки. Всё остальное своё. Плюс вечная африканская пыль.

Каждая семья занята делом: кто-то держит коз, кто-то вырезает ложки из дерева, кто-то разводит пчёл. На пасеке меня угощали свежими сотами. Мёд был сладкий, а пчёлы летали вокруг с лёгким профессиональным недовольством.

Просто пройти по улице здесь невозможно: обязательно позовут в гости на чай или хотя бы посмотреть поближе. Последний белый человек, музунгу, был здесь в 1967 году.

Так что моя социальная миссия быстро определилась: сидеть на пластиковом стуле, пить очень сладкий чай и улыбаться людям, которые приходят посмотреть. В деревне я теперь местная достопримечательность. Почти как баобаб 🌳.

Иногда путешествия могут перенести не просто в другую страну, а в другое время.

Когда я приехал в кенийскую деревню, было ощущение, будто я провалился в сериал «Рабыня Изаура», который вся Россия смотрела в конце 80-х.

Нарядные чернокожие матроны в белых чепчиках, специальные платья для воскресной службы, отсутствие водопровода и электричества. Все друг друга знают, здороваются, жмут руки, улыбаются.

Больше всего меня тронул один момент. После воскресной службы активные женщины вместе с пастором пошли к больной соседке — она не смогла прийти в церковь.
Они пели ей песни, пританцовывали, хлопали в ладоши и славили Бога. И в этих песнях они не просили денег или здоровья, но благодарили за то, что есть: за землю, урожай, семьи, соседей и друзей.
Потом все вместе пили чай с молоком.

И глядя на всё это, я вдруг понял одну вещь:
в деревне без электричества люди живут гораздо «подключённее» друг к другу, чем мы — в городах с развитыми соцсетями и беспроводным Wi-Fi.

Если в Африке и есть что-то постоянное — это баобаб.

Это дерево может жить более 2000 лет, и рядом с ним человеческая история выглядит как очень короткий анекдот.

Его высота редко превышает 25 метров, зато ствол может достигать 14 метров в диаметре. Выглядит так, будто кто-то поставил посреди саванны гигантскую бутылку, а сверху просто приклеил ветки.

Название «баобаб» пришло в европейские языки через арабское слово «bu hibab», что означает «плод с множеством семян».

Его кору используют для изготовления верёвок, корзин и даже ткани — и дерево спокойно наращивает новую кору после этого. Плоды используют в пищу и как лекарство: в них огромное количество витамина C, кальция и антиоксидантов, поэтому из мякоти делают напитки, порошки и традиционные средства.
Саму древесину редко используют для строительства. Зато из неё могут вырезать лёгкие лодки, ёмкости для воды.

А эти гиганты просто стоят — спокойно и неторопливо.
Потому что, когда живёшь две тысячи лет, спешка как-то немного неуместна 🤞.

Если в Африке есть что-то постоянное — это Баобаб.

Это дерево живёт более 2000 лет и рядом с ним человеческая история выглядит коротким анекдотом. Высота не более 25 метров, а ствол до 14 метров в диаметре. Выглядит так, будто кто-то поставил посреди саванны гигантскую бутылку и сверху приклеил ветки.

Название «баобаб» пришло в европейские языки через арабское “bu hibab” — «плод с множеством семян».

Его кору используют для верёвок, корзин и даже ткани — причём дерево спокойно отращивает новую.
Плоды идут в еду и лекарства: в них очень много витамина C, кальция и антиоксидантов, поэтому из мякоти делают напитки, порошки и традиционные лекарства.
Древесина для строительства почти не используется. Зато из неё делают лёгкие лодки, ёмкости или выдалбливают внутри помещения.
Слоны могут разгрызать кору, чтобы добраться до влаги внутри ствола.
Обезьяны, птицы и летучие мыши едят плоды.

И стоят эти великаны спокойно, не торопясь.
Потому что когда ты живёшь две тысячи лет, спешить уже как-то неудобно 🤞.

Я уже писал, что в Кении мусора мало.
И дело не только в запретах. Кенийцы ещё и удивительно изобретательны в вопросах повторного использования вещей.

Например, мужчины делают обувь из старых автомобильных покрышек. Настоящий апсайклинг по-африкански:
шина + терпение = крепкие шлёпанцы. Переживут не только сезон дождей, но и, кажется, апокалипсис.

Стоит такая пара от 1️⃣0️⃣0️⃣  Ksh ($0,8 или 70 ₽).
Некоторые модели украшают бисером, бусинами и цветными лентами. Получается почти дизайнерская коллекция «Michelin summer edition».
Себе я не купил, потому что не было моего размера я фанат кроксов. Но мужчины кенийцы покупают.

Женщины тоже не отстают. Упаковочные пластиковые шнуры, которыми затягивают грузы, они превращают в сумки, шопперы, корзины и кухонную утварь.
Цена начинается от 5️⃣0️⃣ Ksh ($0,4 или 35 ₽).

То, что в других странах называется «мусор», в Кении становится ремеслом, аксессуаром и частью экономики без привлечения экологических конференций.

Ну, и во-вторых, это просто красиво 🔥.

В кенийской деревне слово «строительство» звучит очень буквально.
Глина прямо под ногами. Её смешивают с водой, утрамбовывают в самодельные формы и оставляют сушиться.

Африканское солнце работает без перекуров и уже через месяц кирпичи готовы. Бесплатно. Без доставки и без «ожидайте подтверждения банка».

Если нет сил возиться с кирпичами, делают каркас из палок и обмазывают глиной. Чуть менее капитально, зато быстрее. Архитектура в стиле «я его слепила из того, что было».

В жару внутри прохладно, потому что глина держит температуру лучше бетонных коробок.

Я сам не архитектор, а дизайнер интерьера. Привык думать про свет, материал, текстуры, планировки. И для меня было по-настоящему удивительно наблюдать, как люди здесь планируют и строят своё будущее без ипотеки на 30 лет. Сами. Без рендеров и мудбордов, но с чётким пониманием, где будет спальня, кухня и куда падает утреннее солнце.

И пока мы выбираем оттенок стен по каталогу, кто-то просто строит на земле дом. Не покупает, но выращивает, как дерево.

Кукуруза в Кении — больше чем еда. Это религия, валюта и смысл вставать в пять утра.

Из неё делают всё: угали, лепёшки, каши. Ею кормят кур, коз, коров и, судя по взглядам, часто мужей. Средний кениец съедает кукурузы столько, что Никита Хрущёв расплакался бы от счастья: его мечта о «кукурузной сверхдержаве» здесь давно реализована.

Кукуруза вообще родом из Мексики, но в 16-м веке была привезена португальцами в Африку, где быстро прижилась.

Кения выращивает миллионы тонн кукурузы, но всё равно докупает ещё — съедают быстрее, чем растёт.

На востоке страны ночью жители патрулируют поля и стреляют в воздух, отпугивая слонов. Слон не столько съест, сколько вытопчет по праву сильного.

Электричества во многих домах нет, поэтому зёрна собирают, мелют и веют вручную. Я попробовал молоть. Через десять минут начал уважать кукурузу. Через двадцать — цивилизацию. Молоть языком гораздо легче 😜.

Интересные и бесполезные факты о кукурузе собрал в комментариях 🔥.

Косы и дреды — это далеко не всё, что умеют делать кенийцы.

Друг позвал меня на рождественские выходные в деревню к своим родителям. Там нет электричества, время течёт медленно, а вещи до сих пор делают руками, а не «добавляют в корзину» на сайте.

Про саму деревню расскажу отдельно.
А пока — про корзины. Настоящее искусство из ничего.

Растение маконге выращивают прямо здесь, на огородах. Листья срезают, сушат на солнце, красят натуральными красителями и вручную прядут нити. Буквально "на коленке".

Плетут все: женщины, мужчины, дети. Без курсов, без дипломов, без «смотрите мой мастер-класс по осознанному плетению». Корзины получаются прочные, яркие и переживут, кажется, даже своих владельцев. В них собирают урожай, носят продукты с рынка, хранят зерно, овощи и всякие домашние сокровища. И, конечно, это вопрос стиля: каждая хозяйка придумывает свой узор, чтобы быть единственной и неповторимой.

Мне изготовили персональную корзину для бутылки с водой.

Готовый результат смотрите в комментариях 🔥.

Если надо ехать из Найроби в Момбасу, Кисуму, Найваша или Накуру (в Накуру лучше не ехать, если в планах нет покупки нового телефона), есть два пути: большой автобус с кондиционером или маленький матату "с видами".

Матату дешевле и отправляется в любое время после наполнения салона людьми. Пакеты, мешки, ящики, курицы и даже, иногда, диваны - едут привязанные на крыше.

Сидишь плотно, зато знакомишься со всеми быстрее, чем успеваешь пристегнуться (пристёгиваться тут, конечно, нечем).

В окне по дороге: слоны, буйволы, жирафы, зебры, бабуины. Я просил водителя притормаживать у животных, и он даже останавливался. В Кении это нормальная остановка — «у слона, пожалуйста».

Дорожные продавцы предлагают варёную кукурузу, пакеты с манго, жареные сосиски, чипсы, орехи, чай и все, что обычно продают в Кении у дороги. Очень помогает не умереть с голоду.

Матату на дальние расстояния — это не только поездка в пункт назначения. Это ускоренный курс по стране плюс бесплатное сафари.

Нгонг Хиллс — редкий заповедник в Кении, где вместо животных пасётся… зелёная энергетика.

Всего в 20 км от столицы (https://maps.app.goo.gl/BDoP2GCztvkWBbXU6) стоят 30 ветряков по 55 м, суммарно выдающих 25,5 МВт. Построены и модернизированы в 2014 году кенийской госкомпанией KenGen.
Мощности хватает примерно на 30–40 тысяч домохозяйств — то есть небольшой город можно запитать ветром, который здесь гуляет без выходных.

Сам парк — это 7 холмов и трек 15 км туда-обратно.
Самый высокий холм — 2460 м над уровнем моря, но паниковать рано: Найроби и так стоит на 1670 м, так что подъём ощущается как «запыхался, но жив».

Сверху — открытки: саванна, столица и лёгкая дымка смога над ней. Контраст такой, что хочется одновременно дышать глубже и… не дышать.

Вход для иностранцев — 7⃣0⃣0⃣ KES ($5 или 450 ₽).

Берите воду, перекус и моральную готовность идти против ветра — буквально.
Зато можно честно сказать, что сегодня вы гуляли по холмам и одновременно заряжали страну.

P S. В комментариях больше фото и видео 🔥.

Если просто гулять вдоль забора или того места, где он иногда должен быть, — можно увидеть не только купающихся детей, но и пару носорогов, семейство бабуинов, целое стадо зебр и даже змею, которая уже явно никуда не спешит.

Хищники тоже здесь водятся, поэтому время от времени вдоль ограды пробегают рейнджеры с оружием. Их задача — напомнить львам и прочим пятнистым красавцам, что город начинается чуть раньше, чем им кажется. Забор под напряжением, но всё это больше про безопасность и дистанцию, чем про драму: всем спокойнее, когда каждый остаётся на своей стороне.

В этом и есть магия Найроби — мегаполис, где можно выйти «на прогулку к забору» и внезапно получить сафари без джипа, пыли и дорогих билетов. Стоишь, смотришь на зебр, а за спиной шумит столица.

В общем, если будете в Найроби — приходите сюда (https://goo.gl/maps/GaxFodrVqpkgk7i67) просто постоять, посмотреть и поймать это странное ощущение города на краю дикой природы.

Карибу сана — добро пожаловать.

Есть в Кении вещи, которые мне безусловно нравятся. Одна из них — война с пластиком, доведённая до логического финала.

Здесь пластиковые и полиэтиленовые пакеты запрещены на законодательном уровне. За ввоз — внушительный штраф.

Я об этом не знал и привёз в рюкзаке пару… десятков пакетов. К счастью, багаж не досматривали, и мой криминальный пакетный синдикат не раскрыли.

Зато эффект заметен сразу: мусора реально меньше. По сравнению с Египтом и Бангладеш Кения выглядит почти фантастически — тротуары не шуршат, кусты не украшены пакетами, ветер гоняет пыль, а не полиэтилен.
На рынке овощи кладут в платный био-пакет или бесплатную сетку-авоську — будто снова 90-е, но по экологическим причинам.
Такие «одноразовые» биоразлагаемые сумки используют снова и снова.
А самые предприимчивые сделали из этого бизнес: собирают бывшие в употреблении сумки, стирают, сушат и продают на рынках — от 1⃣0⃣ шиллингов ($0,08 или 8 ₽).

Кения — страна, где пакет не мусор, а актив 👌.

🌿 Найроби — столица, которая притворяется парком

Столица Кении находится рядом с экватором. А рядом с мегаполисом находится настоящий национальный парк.
В самом городе — парки на любой вкус и уровень побега от реальности.

Один из таких — Ухуру-парк. Самый центр столицы, если верить карте. Зелёные холмы, раскидистые акации
и два озера — на всякий случай.

Одно — с кувшинками, спокойное и фотогеничное,
второе — с катамаранами и лодками,
чтобы даже взрослые не чувствовали себя обделёнными.

Для детей тут развлечения:
карусели, машинки напрокат, продавцы снеков, газировки и мороженого, радость и визг по расписанию.
Для взрослых, как выясняется, тоже есть развлечения —
кто-то катается по озеру,
а кто-то по классике:
лежит на траве или сидит на лавочке и листает ленту Instagram,
делая вид, что это осознанный отдых.

С холмов видно высотки и плотный трафик Найроби. Но в парке тихо и спокойно, как будто 5-милионный город остался где-то за кадром.

И да, вход свободный 🆓.

🇰🇪 Кения — страна, где всё сразу

Кения — это когда тебя все понимают на английском,
ездят по левой стороне,
а за окном может внезапно закончиться асфальт и начаться жираф.

Страна большая — почти 600 тыс. км² и больше 50 млн человек, которые как-то умудряются делить саванну, океан и пробки столицы Найроби.
Да, столица тут с национальным парком: офисы, трущобы и львы — всё в радиусе одного дня.

Британское прошлое чувствуется до сих пор: чай, язык и ощущение, что правила существуют, но больше для красоты.

Главные музеи Кении — национальные парки.
Там живёт Большая пятёрка:
🦁 лев — главный;
🐘 слон — большой и спокойный;
🐃 буйвол — выглядит мило, но не верь;
🐆 леопард — ты его не видел, но он тебя да;
🦏 носорог — редкий, серьёзный и не для шуток.

Есть океан, пальмы и полное ощущение «никуда не спешим».

Есть народ масаи — в красных плащах, с копьями и прыжками вверх, будто гравитация здесь факультативна.

Кения бедная, контрастная и хаотичная.
Зато живая и не скучная.

PS. Больше фото в комментариях 🔥.

В Турции апельсины как голуби. Они везде.

Растут вдоль улиц, в садах, у заборов, во дворах, у подъездов и возле парковок. Лежат под ногами, катятся по асфальту, пахнут солнцем и зимой одновременно.

На рынке они стоят смешные деньги. Настолько смешные, что я ни разу не видел, чтобы кто-то их покупал.

Зачем, если можно просто идти по улице, а апельсины уже лежат и ждут тебя?
В Кемере, Анталье, Стамбуле — везде одно и то же. После каждого небольшого ветерочка под каждым деревом легко собирается по полкило бесплатного счастья.

Про пирог я вам уже рассказывал. Теперь — конфитюр.

Берём апельсины, моем щёткой, нарезаем пластиками и варим в сахарном сиропе на медленном огне. До тех пор, пока дольки не станут прозрачными, как турецкое стекло.
В конце добавить мелко нарезанный лимон, корицу и бадьян.

И вот тут происходит магия Рождества: запах настигает вас в любое время года. Даже 11 января.

P.S. Сахар кидал на глаз, примерно половину веса апельсинов 🍊🍊🍊.

Все туристы в Стамбуле говорят про Босфор. Иногда — про Чёрное море.
А Мраморное — как скромный родственник, который на самом деле держит на себе половину семьи.

Почему Мраморное?
Не потому что блестит на закате (хотя блестит), а из-за острова Мармара, где с античных времён добывали мрамор для храмов, дворцов и амбиций. Отсюда мрамор разъехался по империям, а море — получило имя.

Географически оно — соединительное звено.
Мраморное море связывает Средиземное и Чёрное через проливы Дарданеллы и Босфор.
По сути, это коридор, по которому веками ходят корабли, армии и торговцы. Маленькое море с большой ответственностью.

На набережной Мраморного моря особенно хорошо провожать день.
Закаты тут не кричат — они работают тихо и уверенно. Солнце тонет в воде, корабли замирают на фоне горизонта, а лавочки расставлены так, будто город заранее знал: здесь будут сидеть, молчать и немного философствовать.

Мраморное море не пытается впечатлить.
Тем и ценно 🌊.

Я вам точно не скажу, на чём стоит земля — то ли на китах, то ли на черепахах. И тех, и других я видел в дикой природе, но поговорить по душам не довелось.

Зато точно скажу, на чём держится Анталья.
Она построена на камне, который дышит. Под ногами пористые известняки и травертины. В них столько пустот, что если прислониться к обрыву, можно услышать, как где-то в глубине журчит невидимый ручей.

Из-за этих пород Анталья не знает наводнений: дожди стекают в каменные коридоры, пропадают в трещинах, а потом где-то выстреливают холодными родниками.

Вдоль обрыва у Старого города у установлены огромные каменные глыбы, будто кто-то расставил их как арт-объекты без подписи.
Но это не искусство.
Это куски города.
Точнее — куски той самой каменной полки, на которой Анталья держится уже тысячи лет.

И именно в этом её магия: твердая земля, под которой всегда что-то движется, шумит и живёт своей скрытой, подземной жизнью.

Куршунлу — живой уголок природы в стороне от шумной Антальи.

Здесь густой лес, где деревья и кустарники сплетаются в зелёный «потолок». Проложены вымощенные камнями тропинки и деревянные мостики над ручьями и прудами. Среди всего этого — пара-тройка ровных, скромных струй — падают с высоты около 18 метров.

Перед этой водной «занавеской» — бирюзовый, прозрачный пруд. В нём плещется рыба, а на поверхности плавают и время от времени ныряют утки, как будто никуда от этого лесного рая уходить не хотят.

Если пройти дальше, тропинка заводит глубже в рощу, между деревьями, и там встречается ещё один небольшой, более тихий водопад.

В жаркий летний полдень этот парк — настоящее спасение под зелёным навесом сосен и плакучих ив. А в начале зимы и вечером — свежо и даже слегка холодно. Зато закат красивый.

До Куршунлу можно доехать рейсовым автобусом.
Вход стоит 75 лир ($1.7 или 150₽).

P.S. Больше фото в комментариях 🔥

Пока соседний «раскрученный» гёйнюкский каньон принимает туристов за деньги и зазывает лавками, каньон реки Куздере в Кемере живёт своей жизнью.
Без касс.
Без продавцов «в три раза дороже».
Без толп.

Здесь только ты и природа.

Сейчас Куздере — почти ручей. Тихий, прозрачный, упрямо бегущий между камней.
Но каньон не врёт: по его отвесным стенам видно, какой яростной может быть эта река.

Дорога к крепости — отдельная медитация.
15 километров по асфальту.
510 метров набора высоты.
4 часа пути — не потому что тяжело, а потому что невозможно идти и не останавливаться.

Горы нависают.
Сосны шумят.
Родники встречаются чаще, чем люди. Воду можно не тащить с собой, она найдёт тебя сама.
Связь ловит местами. И тут она ни к чему.

Самая нужная функция в телефоне — камера.
Но даже она не может передать, как пространство давит тишиной и красотой.

Если стоит выбор — куда пойти в Кемере,
выбирай не туда, где шумно, а туда, где слышно, как дышат горы.

Каньон Куздере — из таких мест.
Очень рекомендую.

В горах над Кемером есть точка, магниты с которой не лепят на холодильники.
Туда не возят экскурсии.
Там не продают кофе с видом.
Зато там стоит крепость, которая видела больше, чем любой архив.

Крепость Гедельме построили ещё в римскую эпоху — примерно во II–III веке н.э. Она контролировала горные проходы и торговые пути вдоль побережья Ликии.
В какой-то момент люди ушли, а камни остались. Так и стоят.

Рядом с крепостью живой свидетель всех эпох — двухтысячелетний платан (чинара).
Диаметр ствола — 4,5 метра.
Окружность — почти 14.
Он был здесь, когда строили крепость. Когда рушились башни.

В Грузии я видел его «младшего брата» — и понял: у деревьев своя цивилизация.
Долгая. Молчаливая. Настоящая.

Ещё есть пещера. Сейчас закрыта, а в сезон за спуск берут деньги. Судя по отзывам — платить не за что.

А это место — не для галочки.
А для паузы.

Спасибо Паше, который сказал: «Обязательно съезди».

Ехать не на чем, поэтому я пошёл. 20 км по красивому каньону.
Про него будет следующий пост.

Термессос — где-то между небом и землёй

Это не просто ещё одни руины. Это город-гора на высоте 1050 метров, чья история теряется где-то в глубинах времени. В письмах V века до н.э. он уже упоминается — но, скорее всего, Термессос куда старше.

Он — один из немногих городов, которые так и не были покорены. Даже Александр Македонский взглянул на эти скалы и ушёл.

Потом землетрясение разрушило акведук, иссякли воды — и люди постепенно стали покидать город.

Сейчас Термессос словно спит.
Но стоишь у огромного театра, высеченного в скале — и слышишь: он всё ещё ждёт зрителей.
Заглядываешь в Храм Артемиды — будто служба только что закончилась.
На агоре, кажется, вот-вот начнётся базар.
Как будто всё осталось на своих местах — тысячи лет назад.

Добраться до него непросто: от Антальи 30 км, 9 из которых идти вверх по серпантину пешком.

Вход 1️⃣5️⃣0️⃣ лир ($3.5 или 300 ₽).

Город смотрит на окружающий пейзаж уже много сотен лет.
Приходи, Термессос и на тебя посмотрит.

P.S. Больше фото в комментариях 🔥.