Наверное, у каждого азиатского народа на прошлом рубеже веков была своя европейская архитектура. Монголы - не исключение, и в Улан-Батора сохранилась пара зданий, владельцы которых слышали про Петербург, но не представляли города красивее и современнее Кяхты (Иркутска в лучшем случае).

Хотя утрирую, конечно: князь Ханддорж, один из организаторов Монгольской революции 1911 года и министр иностранных дел при независимости (когда Монголия была теократической монархией) в Петербурге бывал регулярно. Его дворец (1913-15; первые два кадра) на Сеульской улице - возможно, самое интересное здание города: первый этаж - в русском стиле, второй - в китайском, а по бокам ещё и пара юрт - вся география страны!

Другим любителем европейской архитектуры был сам теократический монарх - Богдо-гэгэн VIII (причём это титул, а все его носители - перерожденцы Богдо-гэгэга I Дзанабадзара, жившего в 17 веке), даже владевший первым в Монголии автомобилем. Внедрять всё это он начал ещё когда Халха-Монголия оставалась периферией Цинского Китая. В 1893-1903 годах он построил южнее города, между Сельбой и Толой (это реки) свой Зелёный дворец, но если его Летний дворец выглядит вполне традиционно, то двухэтажный Зимний дворец (1903-05) куда больше похож на особняки "чайных королей" Кяхты. А самый молодой элемент дворца - Парадные ворота, по сути Арка Независимости (1911-13), которую украшали мастера со всей страны (последние 2 кадра).

Примерно в полукилометре от него есть ещё Коричневый, или Шафрановый дворец, построенный тогда же в качестве приюта для усыновлённых Богдо-гэгэном детей (а их были сотни)... но до оставшихся от него двух-трёх домиков на территории Академии управления мы не дошли.

Трансмонгольскую железную дорогу построили лишь с третьей попытки: в 1914-15 её проектировала ещё царская власть, в 1939 советская дотянула линию по российской территории до пограничной станции Наушки, и наконец в 1947 военные строители пришли в Монголию всерьёз. Точкой отсчёта монгольских железных дорог (хотя изолированные линии строились и в конце 1930-х) считается 1949-й, когда первый поезд прибыл в Улан-Батор, а к 1955 году советско-монгольские железные дороги соединились с китайскими на станции Заамын-Удэ, сократив путь Москва - Пекин на 1164 километра.

Ну а теперь у РЖД есть не только Красноярская или там Куйбышевская, но и Улан-Баторская железная дорога, акциями которой наша госкорпорация владеет пополам с правительством Монголии. Точнее, УБТЗ (от Улаанбаатар тумур зам) занимается именно движением поездов, а вот инфраструктурой - уже полностью национальная Монгольская железная дорога (МТЗ).

Железнодорожным узлом УБ так и не стал - на карте Трансмонгольская магистраль представляет собой мутовку с десятком ответвлений в промышленные города вроде металлургического Эрдэнэта или угольного Шарынгола, но прямо из столицы таких нет. Оптимизаторством на УБТЗ, однако, не злоупотребляют, по большинству этих веток ходят пассажирские поезда, а как результат, по железнодорожному трафику Улан-Батор превосходит большинство постсоветских столиц и вполне сравним с, например, Читой... кроме пригородных поездов, попытка организовать которые на российских рельсобусах РА2 в 2014 году окончилась с ковидом. Другой жертвой Царь-вируса стал поезд Москва - Пекин, эрзацем которого оставались редкие и дорогие поезда на Иркутск и Хух-Хото. Впрочем, уже после нашей поездки китайцы запустили его заново.

В целом, станция Улан-Батор живая и уютная, без рамок и заборов, но и без торговли, кроме кафешки с здании вокзала. Оно представляет собой в чистом виде зал ожидания и немного диспетчерский пункт - кассы вынесены в новый корпус почтово-багажного вида. Завершает картину родная и знакомая "лебедянка" (паровоз Л), построенная в Луганске в 1953 году и здесь поставленная в 2014-м. Для монгольских станций памятник не то чтобы типичный: паровозный век в Монголии был недолгим, и на УБТЗ успели поработать всего 12 таких машин.

Здание вокзала в нынешнем 2-этажном виде закончено в 1961 году, на 50-летие независимости Монголии. Стела перед ним в честь дружбы наших и монгольских железнодорожников - поставлена в 1999 на 50-летие первого поезда. От неё ведёт на север улица Максаржава, вдоль которой (на последних кадрах) можно увидеть старую контору УБТЗ (1951), путейский храм Пунцоглин (1990-92), медленно строящуюся мечеть (в основном для казахов из Улгия), а за проспектом Мира - Сквер Железнодорожников со сталинками института и ДК.

Уходящей зиме посвящается. Фотки вперемешку из Арзамаса и Мурома. Снега в этих городах было ещё больше, чем в Москве, и их улицы превратились в лабиринты тропинок, натоптанных людьми меж сугробов. А иногда и по сугробам, в добром метре над "твёрдой" землёй. Логика перемещений по городу заметно меняется - дорогу уже не перейдёшь, где вздумается, а прямой путь перестаёт быть самым быстрым.

На последних фото - станция Арзамас-2 с вокзалом (1961), откуда мы уезжали в Москву, на самой окраине. На Арзамас-1 с его трагической историей, увы, мы не успели, да и я его смутно помню со своего первого визита в этот город в 200, извиняюсь за выражение, 4-м году.. Не успели мы и во село Карачарово, что близ Мурома, на родину нашего главного богатыря. Но - не Дальний Восток, да и между Арзамасом и Муром есть ещё Выкса с окрестностями, так что повод вернуться всегда есть.

В целом, вытряхиваться вот так куда-нибудь дня на три в месяц - приятно и полезно.

Символы Арзамаса - лук и гусь. О первом сказать особо нечего - растёт тут хорошо, есть местные сорта. У вторых история интересная: первоначально арзамасская порода гусей считалась бойцовой. Но как мне было сказано на петушиных боях в Самарканде, проигрывает птица один раз, и если это был опытный заслуженный боец - его ждёт почётная должность производителя, а если так, в первом же бою был бит - то сгодится дальше разве что на суп. В общем, быстро оказалось, что бойцовые гуси ещё и очень мясистые и вкусные.

Уже в 18 веке их гоняли в Москву стадами вдоль дороги, предварительно, для сохранности лапок, пустив потоптаться сначала по смоле, а затем по песку или опилкам. Гусиной столицей город прозвала чуть ли не Екатерина II, видевшая эти стада из своей кареты. Но если лук по окрестным сёлам и теперь растят исправно, гусиных ферм близ нынешнего Арзамаса почти нет.

Зато вся пешеходная улица Карла Маркса - в бронзовых гусях, а в расположенном на ней ресторане "Реавиль" в меню есть целая вставка, посвящённая "арзамасской кухне" - в основном это именно что блюда из гуся. Зайдя в "Реавиль" мы (не реклама! счёт был оплачен в полном объёме) сперва впечатлились огромной фотогалереей именитых гостей - отметились тут, кажется, все российские селебрити и даже некоторые политики. Цены в "Реавиле" московские, но - заурядно-московские, тогда как по интерьеру, обслуживанию, подаче и качеству еды это реально крутой ресторан. Заказать их коронное их блюдо, - томлёную гусиную ножку, - нас слегка придушили жаба, но и всё остальное порадовало: обычно жёсткую и волокнистую гусятину здесь как-то ухитряются делать мягкой и буквально тающей на зубах.

Последнее фото - из киоска "Волшебная горница" на Соборной площади, одного из целого ряда сувенирных киосков. Чрезвычайно коммуникабельная хозяйка говорила "сами делаем - сами продаём". Но сувениры я почти нигде не покупаю...

Название "Пешелань" я впервые встретил в интернете лет 20 назад, и к тому времени уже краем глаза видел Арзамас проездом в Дивеево. Мысль о том, что рядом с городом есть открытая для экскурсий действующая гипсовая шахта, выглядела явным поводом сюда вернуться, и в общем - грела душу странствующего краеведа много лет. На самом деле Пешеланский гипсовый завод - действительно один из первопроходцев промтуризма в России: Пешелань Тур занимается этим с 2006 года.

Но хотя в прошлых частях я рассказывал об узкоколейках Пешелани на поверхности и под землёй, всё же это - лишь подходы. Экскурсии здесь организуются не на действующее производство (забой - место опасное, и туда даже у начальства не у всякого есть пропуска), а в Музей горного дела, геологии и спелеологии, расположенный в действующей шахте. Благо, места для него в избытке: шахта разрослась с 1933 года до 180 километров ходов, панелей, блоков и камер, и добыча ведётся лишь в дальнем углу за 5 километров от входа - всё остальное просто выработано. Отгородив несколько камер, Пешеланский гипсовый завод устроил там экспозицию.

Вся экскурсия, с подходами, длится часа 1,5. На проходной выдают каски и фонарики (обязательно), спецовки и ботинки (по желанию и в общем для красоты - в шахте чисто и не слишком холодно). С гидом нам особенно повезло - группу водил Юрий, не только любитель чёрного юмора (столь уместного в подземелье!), но и постоянный сотрудник шахты: экскурсии водить - подработка, а вообще-то он взрывник, а потому и рассказывает о шахте со всем знанием дела.

Музей действительно велик - несколько залов о производстве, о горных породах, о динозаврах, о спелеологии и о пещерных людях, а напоследок - ещё и галерея всяких подземных ужасов, которая явно зайдёт подросткам. Всё впихнуть в 10 фото ВК нереально, так что далее - в подписях.

1. До 1950-60-х породу вывозили лошадьми, жившими до конца своих дней в подземной конюшне: привыкнув к мраку подземелья, на свету они сходили с ума. Рабочие жалели животных, и иногда выводили их гулять безлунной ночью.
2. Вот так расширяют горизонты. Днём работают бурильщики - раньше ручными бурами, сейчас, конечно, электрическими. Ночью, с 19 до 5, их сменяют взрывники - на стенах видны "обожжённые стаканы" от аммонала-200 с химзаводов Дзержинска. Зал музея ("камера") выбивается в среднем около месяца.
3. Породопогрузочная машина ВС-15
4. Гипсовый керн на просвет
5. Продукция Пешеланского гипсового завода
6. Свисающая с потолка гиря отмечает "маркшейдерскую точку" - такие позволяли ориентироваться по геологической карте, соотносить её с местностью.
7. Гипсовая статуя Хозяйки Подземелья
8-9. Вход в галерею "Река ужасов"... и нет, вам не придётся идти по шаткому мосту - там не провал, а неподвижная зеркальная вода.
10. Художественные промыслы Нижегородчины - не только в Заволжье. На юге области есть Борнуковская пещера, а из добываемого в ней ангидрита с 18 века местные мастера резали всякие фигурки и игрушки. Теперь камнерезная мастерская "Борнуковская пещера" также принадлежит ПГЗ.

Арзамас - это не только храмы, гуси и Гайдар. Ещё здесь можно спуститься в самую настоящую шахту!

И казалось бы, откуда шахты в Нижегородской области? Добывают тут, у сёл Пешелань и Бебяево в 10 километрах от Арзамаса на Лукоянов, естественно, не уголь, а гипс (дигидрат сульфата кальция). Конечно, это не единственное его месторождение в России, но чаще добыча ведётся открытым способом. Здесь же над залежами гипса - обводнённый горизонт, и откачивать воду из карьера не хватит никаких насосов.

Кустарной добычей пешеланские мужики занимались с 18 века, а в 1884 году сам Василий Докучаев изучил образцы здешних пород и был впечатлён - гипс Бебяевского месторождения один из самых чистых в мире. В 1933 году была построена уже промышленная шахта, и с тех пор она успела разрастить до 180 километров, то есть размера хорошего метро. Ну как разрастить? Так-то правильнее мерять её площадью (около 15 квадратных километров) - ходы образуют очень густую сеть, разделяясь на панели, блоки и камеры.

Глубина шахты около 70 метров... относительно рельефа: она расположена почти горизонтально, и люди не спускаются на 70 метров вниз, а заходят под 70-метровую гору. Внутри - около 7 градусов, и зимой у входа невыносимо холодный ветер дует с поверхности, а летом - из под земли.

Забой сейчас находится примерно в 5 километрах от входа, так что в "метро" этом и поезда есть - как грузовые с вагонетками, так и людские с вагонами-клетями. Первоначально на шахте работали лошади, быстро отвыкавшие от света и до конца своих дней жившие под землёй. В 1961 году животных сменили электровозы, а в 1996 году, когда электричество стало слишком дорогим, на них поставили дизельные моторы: так появились эндемики этого подземелья, уникальный дизелевозы ДТШ-750. Точнее, есть и серийные машины с тем же названием, но здесь они даже внешне другие. Всего в шахте работает 5 машин, стандартный состав - 8 вагонеток по 3,5 тонны. Носятся дизелевозы с огромной скоростью и в клубах сизого дыма - знай успевай отскочить с путей! Впрочем, и грохот их в тоннелях слышен за километры...

У самого выхода - рудный двор, где вагонетки цепляют к лебёдке, вытягивающей их наверх, к тепловозу ТУ7 наземной узкоколейки, о которой я писал в прошлой части (обе - колеи 750мм). А нам нужно пройти около 350 метров до одной из камер, где находится музей: экскурсии в шахту для всех желающих (но только от 14 лет) Пешелань Тур организует вот уже 20 лет...

Когда я только начинал путешествовать по России, в тренде были узкоколейки. Да, тема эта обладала широкой известностью в очень узких кругах, и тем не менее маленькая (обычно 750мм) и часто изолированная железная дорога, ведущая словно прямиком в прошлое, в миры, где остановилось время, немногих путешественников "первой волны" оставляла равнодушными. Уже тогда УЖД были уходящей натурой, а теперь - скорее даже ушедшей: одни закрылись, другие развивают туризм, третьи развивали туризм и закрылись.

И тем удивительнее было обнаружить под Арзамасом совсем небольшую (4,8км) узкоколейку, работающую при этом как часы. Она обслуживает Пешеланский гипсовый комбинат, соединяя основанную в 1933 году шахту в Бебяево с заводом "Декор-1" непосредственно у станции Пешелань. Он был построен в весьма необычное время - в 1942-43 годах... но и выпускали тут тогда не алебастр, а медицинский гипс для эвакогоспиталей и полевых лазаретов. Теперь Пешеланский гипсовый завод производит в основном стройматериалы, и уже много лет входит в число самых крупных и современных предприятий своей отрасли.

Но узкоколейка с тепловозами ТУ7 и открытыми вагончиками работает исправно, и небольшой состав оглашает своим грохотом поля и сёла между шахтой и заводом примерно раз в полчаса.

Ну, а как мы оказались непосредственно на площадке шахты? О, ПГЗ настолько крут, что начал развивать промышленный туризм, ещё когда это не было мейнстримом, и в шахту с 2006 года водит экскурсии Пешелань Тур. На последнем фото - выдача под роспись фонарей и спецовок. Продолжение следует...

В 1954-57 годах на карте СССР была Арзамасская область, целиком в пределах южной части нынешней Нижегородской. Главной в её центре явно замышлялась улица Калинина, в которую упирается веер старых улочек на север от Соборной площади. Там успели заложить политехнический институт, больницу, театр (ныне заброшенный) и стадион, и хотя достроили их позже и явно упрощёнными, они напоминают о несостоявшемся регионе.

Ещё на этой улице есть красивейшая дореволюционная водонапорка с модерновой сторожкой, но увы - нам она не показалась за лесами реставраторов. Зато от башни начинается Парк Гайдара, где стоят памятники самому земляку (1960) и комсомольцам, не меня одного удивлявший своим розовым цветом.

Ещё дальше, как раз по пути к снятому нами домику - Арзамасский машзавод с заснеженными образцами продукции на площади у проходной и коммерческо-технический техникум с забавным творчеством его студентов.

В 1954-57 годах на карте СССР была Арзамасская область, целиком в пределах южной части нынешней Нижегородской. Главной в её центре явно замышлялась Комсомольская улица, в которую упирается веер старых улочек на север от Соборной площади. Там успели заложить политехнический институт, больницу, театр (ныне заброшенный) и стадион, и хотя достроили их позже и явно упрощёнными, они напоминают о несостоявшемся регионе.

Ещё на этой улице есть красивейшая дореволюционная водонапорка с модерновой сторожкой, но увы - нам она не показалась за лесами реставраторов. Зато от башни начинается Парк Гайдара, где стоят памятники самому земляку (1960) и комсомольцам, не меня одного удивлявший своим розовым цветом.

Ещё дальше, как раз по пути к снятому нами домику - Арзамасский машзавод с заснеженными образцами продукции на площади у проходной и коммерческо-технический техникум с забавным творчеством его студентов.

Старых домов в Арзамасе немерено, хотя, наверное, всё же поменьше, чем в Муроме. Но отдельно впечатляет здесь деревянный классицизм, большинство образцов которого разбросаны по улицам севернее Соборной площади. Особенно хорош дом Ханыкова с выпуклым фасадом, будто снятый на "рыбий глаз", но он в Арзамасе отвечает за роль Самого Ценного Заброшенного Памятника Архитектуры На Самом Видном Месте, который должен быть в каждом российском городе.

На деревянных домиках помоложе резьба тоже очень хороша.

Возможно, самая целостная старинная улица в небольших городах России - это арзамасский Гостиный ряд, плавно спускающийся от Соборной площади. Своими мелкими купеческими лавками и аркадами торговых рядов он живо напоминает рыночные площади почти уже позабытой Европы. Справа (если смотреть вниз) над ними ещё и нависает Никольский собор (1723) одноимённого монастыря, а вот слева есть "секретик" - если обойти самые верхние дома, можно увидеть во дворах фасады середины 18 века, когда на карте России существовала Арзамасская провинция.

С недавних пор на улице появился ещё и дизайн-код вывесок в винтажном духе, как в Рыбинске. Тут я уже не столь однозначно уверен, что это правильно: один раз - дико круто, второй раз - интересно, а вот если и в третьем каком-нибудь городе так сделают - уже будет пошло.

А за перекрёстком с улицей Ленина встречает "Арзамасский ужас". Точнее, бывшая гостиница Стригулиных, где в 1869 году его испытал Лев Толстой. Бравый офицер и успешный писатель, он ехал смотреть имение в Пензенской губернии, после тряской дороги из Нижнего Новгорода остановился в убогой провинциальной гостинице, а ночью вдруг проснулся от ужаса с мыслью, что ведь он не бессмертен и когда-нибудь его не станет. Толстому был 41 год, ровно середина прожитой им жизни, но именно после "арзамасского ужаса" он начал превращаться в того белобородого подпоясанного верёвкой мудреца, которым его обычно изображают в учебниках. Здание сохранилось, но гостиницы в нём давно нет.

Арзамас впечатляет своим ансамблем, который с каждой точки смотрится иначе. А из отдельных памятников настоящий его шедевр - Воскресенский собор, построенный в 1814-42 годах по проекту казанского архитектора Михаила Коринфского. Казанского - по основному месту деятельности, но родился он здесь и собором этим отплатил малой родине.

Ещё удивительнее, что огромный (64 на 64 метра по основаниям, 46 метров высотой) храм закрывался в советское время лишь ненадолго, в 1932-47 годах, и в целом сохранил великолепное убранство. А в его подклете обитает с 2023 года (хотя открылся в 2013 году в другом здании на площади) музей русского патриаршества. Мы туда, увы, не пошли, но выбор места логичен - из Арзамаса родом Сергий (Страгородский), патриарх в 1943-44, а фактически с 1936 года (как местоблюститель), определивший облик и судьбу РПЦ при Советах.

Одной стороной собор глядит на простор реки Теши поверх крыш мелких домиков рубежа 18-19 веков. Другой - на огромную Соборную площадь, где есть ещё храмы Николаевского монастыря, дома-близнецы Будылиных и даже, внезапно, Ратуша (1740) - одно время в России так называли городскую администрацию, но здесь, что удивительно, это слово живёт и в обиходе.

Портят впечатление от площади только многочисленные странные люди: то цыганка привяжется, то косноязыкий одутловатый паренёк предлагает экскурсию, то забулдыга клянчит сто рублей. Базой всего этого люда служит монастырская трапезная, куда, однако, с удовольствие заходили и мы - там уютно, вкусно и недорого.

Если в Муроме я хоть и в 2003-м, но бывал, то Арзамас я открыл для себя впервые, а прежде лишь проезжал его (в 2004-м) в Дивеево. Наверное, это и правильно - дозрел город не так давно.

"Много видел я в Москве церквей, но в Арзамасе, кроме церквей, ничего не видел" - такая цитата Владимир Соллогуба, ныне подзабытого писателя середины 19 века, висит у Гостиного ряда. Как тот "мрачный индейский город 32 колоколен" из произведений Маркеса, Арзамас называли "городом 33 церквей".

В общем, это один из немногих городов России, где впечатляют не столько сами достопримечательности, сколько их взаимное расположение. С общих видов и начнём.

Ну и напоследок о Муроме - немного кадров из Нижнего Новгорода, где в декабре я случайно попал на археологическую выставку, посвящённую народу мурома, древним жителям низовий Оки.

Это были финно-угры волжской ветви, причём уже в "Повести временных лет" их язык указан отдельным от марийского и мордовского. Достоверно, что народ этот был относительно малочисленным, населял довольно небольшой регион и обладал довольно отсталой материальной культурой - так, керамику они знали, но гончарный круг - нет, и порой пытались вручную подражать изделиям на круге. Первые признаки их славянизации появляются уже в 9 веке (примерно когда впервые упоминается сам Муром), а в 11-12 веках, с православным крещением муромскими князьями, народ полностью ассимилировался среди славян.

Так что больше всего знаний о муроме дают могилы. Тем более к усопшему клали богатые дары - так, основой выставки стали находки из кургана Звягино, где лежал знатный юноша и... нет, не жена его, а макет жены из одежд и украшений. Именно муромской "визиткой" были налобные дуги и подвески в форме утиных лапок, сразу заставляющие вспомнить характерную для многих народов космогонию об утке, что сотворила мир, достав Землю со дна Океана. Ещё - могилы коней, порой погребавшихся с людьми, а порой и отдельно (ещё реже люди погребались с коровами). Но в общем-то и до степи отсюда было рукой подать, да и ислам из Волжской Булгарии понемногу проникал к муроме раньше русского христианства. До государства мурома не доросли, но и дикарями не были - как минимум, они сидели на важном торговом пути, а потому в их могилах попадаются и арабские монеты, и раковины каури, и пряслица из Овруча...

В ранних описаниях города Мурома известно, что коренные жители населяли посады, а кремль на Воеводиной горе изначально был славянским оплотом. А вот Троицкий и Благовещенский монастыри занимают "столицу" дорусской муромы - Старое Вышнее городище.

Название "Муром" совершенно не ассоциируется с индустрией, и тем не менее ХХ век сделал родину нашего богатыря городом заводов. Более всего известен "Муромтепловоз", выросший из путейских мастерских Казанской железной дороги, но он тут даже не крупнейший - другие предприятия занимаются или металлообработкой, или наоборот - всякими хитрым приборостроением, о назначении которого простым смертным лучше не знать.

Как результат, городок довольно богат сталинской архитектурой. Цельных ансамблей её мы здесь не встречали, но отдельных зданий в центре много и они интересные. Особенно - Дворец культуры имени 1100 лет Мурома, рядом с которым я не могу не показать курьёзную в своей претенциозности новостройку банка из 1990-х. Ещё одна странная новостройка с куполом попалась на углу Октябрьской и Толстого, среди пятиэтажек, куда редко забредает турист.

В целом же Муром - город совсем не музейный, довольно оживлённый и шумный. Не сказать, чтоб прямо процветающий (да убыль населения со 140 до 103 тыс. тут почти как на северах), но вполне живой.

На фоне древних монастырей менее очевидно, что Муром - это ещё и старые домики. Много-много и довольно цельно, главная Московская улица так и вовсе сохранилась почти идеально, такой Невский уездного масштаба. Преобладает, как и всюду в Средней полосе, тут классицизм начала 19 века, но при этом городок до мозга костей купеческий, и фамилии на каждой улице одни и те же - Зворыкины, Мяздриковы, Гладковы... Зворыкины - те самые: Владимир Кузьмич, который ушёл с белыми, оказался в Америке и там изобрёл телевидение (упрощённо, так-то любое изобретение - многоступенчатый процесс, но здесь не ЖЖ, чтобы его раскрывать от и до), был сыном муромского градоначальника. Теперь в доме этой ветви Зворыкиных музей, который мы нашли закрытым.

Между особняками в Муроме хватает и деревянных домиков и приходских церквей - многочисленных, но за вычетом показанных ранее в основном довольно заурядных.

Последний монастырь Мурома с севера на юг - Спасо-Преображенский. Он довольно далеко от других, но хоть не за оврагом, а за городскими кварталами, которые снежная зима превратила в лабиринт тропинок меж сугробов.

Спасо-Преображенский монастырь - самый старый, причём по известной дате - не только в Муроме, но и в России: 1096 год! Скорее всего, были обители и старше, но этот упоминается первым. Старше других и его собор 1560-х годов, так и не перестроенный в духе узорочья. Вокруг - здания самых разных эпох, будь то Покровский храм (1691) необычной формы, братский корпус прошлого рубежа веков или целая россыпь современных часовен, одна из которых ещё и костица с черепами разрушенного кладбища.
В подклете Покровского храма - деревянная скульптура лежащего Ильи Муромца с частицей его мощей из Лавры.

В целом, монастырь это большой и красивый, но какой-то пустой... И знаменитые муромские калачи, завернутые в пакеты, в его лавке оказались только вчерашние.

Женский Троицкий монастырь по соседству с Благовещенским (о котором соседний пост), боковой стеной на ту же площадь Крестьянина с памятником Петру и Февронии (2012), издали очень на него похож. Белая ограда с башнями, надвратная Казанская церковь (1648-52), узорочный собор с чёрными главками, корпуса вокруг... Главное отличие с первого взгляда - деревянный храм Сергия Радонежского, который в 1975 году привезли сюда из села Красное, в село Красное в 1715 году из села Пьяно, а когда его в Пьяно срубили и там ли - история молчит...

Ближе соборы двух монастырей тоже оказываются отнюдь не двойниками, и здесь главная "фишка" - изразцы. Убранство в Троицком храме (1642-43), построенном местным купцом Тарасием Цветковым, не сохранилось, но зато в нём находятся известнейшие муромские святыни: мощи Петра и Февронии (прежде были в разрушенном при Советах соборе, а до 2001 года в музее) и Виленский крест с частицами библейских мощей, в 1657 году вывезенный боярином Василием Микулиным из взятой литовской столицы.

По сравнению с Благовещенским, внутри Троицкий монастырь куда просторнее. В дальней его части есть трапезная с очень вкусной выпечкой.

Муромский кремль не сохранился, за него, - пара монастырей, мужской Благовещенский и женский Троицкий, - ограда буквально вплотную друг к другу. Оба выходят на площадь Крестьянина с памятником Петру и Февронии (2012).

Благовещенский монастырь - возможно, самый интересный. Его собор, основанный в 1554 году Иваном Грозном на могилах крестителей племени мурома (князь Константин, его сыновья и епископ Василий) и ровно 110 лет спустя перестроенный в духе узорочья, не закрывался в советское время. Как результат - внутри великолепное убранство, а под ним - крипта, целый лабиринт узких проходов с древними надгробиями и небольшими экспозициями церковной утвари и одеяний. Надгробия обычно ассоциируют с семейством Константина, но нет - те жили в 11 веке, а тут 16-17 века. Что, впрочем, для России уже немало.

Вокруг - небольшой, даже тесный двор с надгробиями разных эпох и монастырскими корпусами начала и конца 19 века.

"Становой хребет" исторического Мурома - это 4 монастыря. Покажу сегодня их все с севера на юг, и сперва - Воскресенский монастырь от центра за Успенским оврагом, в слободке со странным названием Штап.

В общем-то, он самый простенький: Воскресенский и зимний Введенский храмы с оградой (остались фрагменты) построил в 1646-78 годах купец Авраамий Черкасов, а в 1764 году монастырь попал под екатерининскую секуляризацию и уже не возродился. Вернее, возродился, но только в 1998 году, а деревянными корпусами обзавёлся и вовсе в 2010-х.

Так что главное преимущество Воскресенского монастыря перед остальными - ландшафтность. Я даже не уверен, стоит ли к нему подходить - интереснее всего обитель смотрится из-за оврагов.

Может ли быть достопримечательностью водопровод? Вполне, если он построен в 1865 году, а его инфраструктура хорошо сохранилась: водонапорка на главной площади - символ Мурома, насосная с высокой 4-гранной трубой стоит прямо под Воеводской горой (где памятник Илье Муромцу), а на старой окраине (сейчас почти центр) у Спасского монастыря, на перекрёстке Первомайской и Красногвардейской, стоит часовни "Неупиваемая Чаша" в бывшей водокачке.

На последнем фото - дом Алексея Ермакова, купца и градоначальника, при котором всё это создавалось, на углу Ленина и Красноармейской, близ монастырей. Ему же - памятник перед водонапоркой.

От Мурома до Арзамаса - всего километров 100, но по возрасту города отличаются на 800 лет. Сейчас странно понимать, что до времён Ивана Грозного Ока была границей Руси...

На Оку с ориентирован Муром. Собрал в один пост важнейшие точки выхода города к реке - далее в подписях к фото.
1. От дальнего к ближнему: Воскресенский монастырь (1646-78), Николо-Набережная церковь (1700-14) и насосная станция старинного водопровода (1865), исправно действующая.
2-3. Воеводина гора, где когда-то стоял Муромский кремль. Его собор времён Ивана Грозного сломали при Советах, так что с 1999 года её доминанта - памятник сами понимаете кому работу скульптора Клыкова.
4. Николо-Набережная церковь (1700-14).
5-6. Крайне необычный храм Косьмы и Дамиана (1564) от авторов Собора Василия Блаженного - зодчих Бармы и Постника. Стоит якобы на месте шатра Ивана Грозного времён похода на Казань. Уникальный многогранный шатёр упал в 1864 году и в 2009 был воссоздан.
7. Смоленская Новокосмодемьянская церковь (1804-38) на улице Мечникова.
8. С севера над Окой вантовые мосты автодорог - ближний пущен 2009, дальний в 2023. Оба длиной без малого 1400 метров.
9. С юга над Окой железнодорожный мост (1912).
10. Вид с железнодорожного моста сквозь пыльные стекло. Руины мануфактуры "Красный Луч" (1902, корпуса 1930-х годов) под Спасским монастырём.

Решили мы тут "а чего дома сидеть?", и выбрались на три дня в Арзамас и Муром. Сначала в Муром - почти бессонная ночь (ехать 5 часов), и вот под лёгким снегопадом и приятным морозцем нас встречает вокзал в богатырском стиле на станции Муром-1 пущенной в 1912 году железной дороги Москва - Казань. "Богатырский" вид - вполне исторический, а вот часовня рядом - новодельчик. На отходящей в сторону, противоположную центру, улице Филатова сохранилась пара "фонмекковских" домов (Николай фон Мекк строил железную дорогу), а случайно проехав остановку и оказавшись среди силикатных многоэтажек окраины, мы увидели площадку "Муромтепловоза" (начинался в 1916 с путейских мастерских) с водонапоркой и странной бутылковидной трубой дореволюционного вида.

Ближе к центру можно найти останки станции Муром-2 на тупиковой линии 1880 года из Коврова. Но теперь она превратилась в аппендикс от казанской магистрали - пути в сторону Коврова разобраны, на месте старого вокзала невзрачный автовокзал. Зато примерно там, где пути проходили, на опушке Парка 50 лет Октября (в народе Полтинник) стоит бронепоезд "Илья Муромец" местной постройки 1942 года, прошедший ту войну до Франкфурта-на-Одере.

А на последнем фото - станция Городская поближе к историческому центру: на самом деле в Арзамас удобнее было бы уезжать с неё. Электрички ходят несколько раз в день, хотя и весьма помятые жизнью.

P.S.
Сейчас я уже дома. О Муроме я прошлые 3 дня писал Вконтакте, и чтобы нагнать отставание, сегодня буду выдавать, как "Архитектурные излишества", по посту в час.

Трамвайная система Улан-Удэ, построенная в 1953-58 годах, невелика - но я бы назвал её одной из самых интересных в России.

Во-первых, схемой: 80% её - это кольцо с буквально тремя короткими выступами.
Во-вторых - устройством: большая часть трамвайных путей выделенные, иногда с мощными "станциями", и в целом всё это выглядит как один шаг до полноценного ЛРТ.
И в-третьих, это просто очень живописно.

Ещё пару постов о бурятской столице сделаю через несколько дней, а сегодня-завтра будет кое-что внеплановое.