Культура торговли в Ниамее. Для предпринимательской деятельности не нужны ни постройки, ни кассы.

Кто-то продаёт пять пар обуви под зонтиком. Сразу десяток навесов разбито около стадиона. Вдоль дорог то и дело стоят специализированные прилавки: парфюм и дезодоранты, чехлы для телефонов, фрукты, электроника, шлёпанцы, аксессуары.

Успешный бизнес переносится с уличного прилавка в гараж или контейнер.

Чтобы вдруг не показалось, что красивых зданий в Ниамее совсем нет. Здесь есть целые богатые районы. Например, ливанский квартал, где живут бизнесмены из Ливана, а их тут полно.

Или здание Министерства нефти. Или тот же Рэддисон и конференц-центр.

Ну а с виду жизнь в столице никак не изменилась. Техникой на улицах тут никого не удивишь. Скорее всего, многие даже и не знали ни о какой атаке.

Тёти как обычно носят на голове маниок и жареную рыбу, мужики пьют чаёк в тени.

Подумаешь, БРТ стоит на перекрёстке.

А так всё это выглядело со стороны. Публика довольно разношёрстная, особенно бедуины в своих фирменных шарфах на голове.

Фото и видео моего друга и попутчика Тимура @mirgamarjoba, с которым мы были в этой поездке.

На открытие выставки позвали всех уважаемых людей, студентов, прессу и местных фотографов (а они есть!). Для охраны позвали крепких парней в жилетах.

Сам формат публичных мероприятий в Нигере особенный: гостям принято всегда дать попить и поесть, поэтому многие приходят именно за этим. А перед началом ещё обязательно нужно всех поблагодарить и послушать гимны обоих стран. Но мне кажется, что в нашем случае людям и правда было интересно.

Про шаманов, буддистов и мусульман в России никто из присутствующих раньше не слышал, а потому лекция заняла чуть ли не час и вид у всех был очень внимательный.

Отдельно они удивлялись недельному поезду Москва — Владивосток. Спрашивали, как на него попасть. Я честно сказал, что это скучно и нудно. Ещё один важный вопрос — как я получал разрешения на съемку всего этого в России. Ответ никак не убедил.

А один из вопросов был — почему нет фотографий российских универов, а то непонятно, куда поступать. Пришлось объяснять, что такое Яндекс.

Собственно EMMNR (переводится как «Вместе рука об руку Нигер — Россия») занимается в Ниамее гуманитаркой во всех смыслах. Но они не то чтобы раздают еду всем подряд, скорее пытаются решать проблему системно. Условно говоря, давать удочку, а не рыбу.

Мне довелось съездить с ними на встречу с женщинами, пострадавшими от стихийных бедствий. Им организовали цех по производству мыла, чтобы они сами могли его делать, продавать и так зарабатывать себе на жизнь.

Запускают курсы по электромонтажу для беспризорников, открывают скаважины и водонапорные башни. Короче, делают жизнь местных лучше и перспективнее.

А в офисе проходят уроки русского для всех желающих. И некоторые студенты уже говорят почти свободно — вопросы на выставке некоторые задавали прямо на русском языке.

Полистал их канал @ensembleMaindanslaMain и вижу, что фотографии в офисе до сих пор висят!

Делать выставку про Россию мы начали ещё до приезда — я прислал EMMNR фотографии, а они нашли в Ниамее, где распечатать фотографии на хорошей бумаге, и предложили провести выставку пряму в своем офисе.

Это та ещё задача. Лучший копицентр здесь выглядит как гараж с кучей техники внутри. Но даже тут в ходу ПО от Касперского.

Надо отдать должное, печать на А2 получилась вполне себе приличной. Тут даже нашёлся резак для наших экспликаций.

Особенно хороши здесь бедуины, которые свою обмотку не снимают кажется вообще никогда.

В швейном цехе тихий час прямо на рабочем месте. В мастерской сумок клеят заготовки, на которые потом возможно логотип Гуччи, чтобы лучше продавалось.

Отдельная красота — витрина с мотоциклами и машинами, целиком сделанными из жестяных банок из-под газировки и дезодоранта.

Жемчужина этого музея — рынок артизана, где местные мастера и работают, и торгуют.

В отдельном ангаре рядами стоят прилавки-мастерские, прямо тут же вырезают фигурки, шьют сумки и делают бижутерию. Из китайского хлама только сумочки Гуччи (а что за рынок без них), но всё остальное — чистейшая ручная работа.

Тут есть все самые главные нигерские сувениры: красивые браслеты, кожаные тапки, деревянные маски и сотни разных серег, подвесок и фигурок. Для страны где фактически нет въездного туризма это потрясающе.

Стоит всё не очень дорого, к тому же местные не особенно умеют торговаться и почти сразу соглашаются на цену в 2-3 раза ниже — то есть нормальную для обеих сторон.

Таблички у каждого вольера нарисованы вручную. Текст выведен кисточкой, а названия животных дублируются на четырёх (!!!) языках: французском, хауса, зарма и английском.

Зарма — это языки местных племён, а хауса — очень распространённый в регионе язык, на котором говорят больше 100 млн человек.

Все местные посетители почему-то толпятся у клетки с бабуином, дразнят его и смеются. В вольере с коровами есть одна с очень толстыми рогами. Львы у себя даже не трогают обед, слишком жарко.

Посреди музея (а мы в музее) в круглом зелёном пруду как в кастрюле лежат два бегемота. Отдельно от них ещё розовый бегемотик. Говорят, мать его напала на людей и её застрелили, а детеныша взяли в музей, чтобы не помер.

Попрошайки, скелет в гараже и бетонный динозавр — это национальный музей республики Нигер.

Въезд через ворота со шлагбаумом, который охраняет растерянный негр, будто бы удивлённый, что сюда кто-то приехал. Вход стоит 1500 франков (что-то в районе 150 ₽), но сдачи нет.

Это вообще сложно назвать музеем в нашем понимании. Больше похоже на зоопарк. Даже контактный, если на боитесь совать руки в клетки. На большой территории есть пара зданий, но они закрыты — экспозиций нет. Асфальта, кстати, тоже нет, везде песочек.

На входе любезно показывают нарисованную от руки памятку по безопасности. На ней в стиле фильма «Челюсти» крокодил утаскивает в воду ребенка на глазах у матери.

Солнце лупит 40 градусов.

Через весь Ниамей тянется река Нигер, но понятие набережной здесь неизвестно. Точнее, улица вдоль реки-то называется corniche, но увы.

Из развлечений только пара кафе, где выпить можно только газировки, потому что алкоголь весь запрещён.

На речке стирают бельё, моются и вроде как ловят рыбу с лодок. Причем стирка тут выглядит так: одежду замачивают в щелочи, а потом бьют об камни, чтобы выбить всю грязь. Ну и в конце полоскают.

Хотел ещё написать, что всё это прямо посреди города, но нет, никакого удивления такая картина не вызывает полностью соответствует городу.

Нигерская бытовая техника. Дырявые вазы на первом плане — штуки для переноски углей. Но не для кальяна — он в стране запрещён. На угольках тут готовят еду.

Такая варочная поверхность на втором фото. Это сделанная из жестяных банок мини-печка. Внутрь выкладываются угли, сверху ставится миска и в ней уже готовится еда. Есть даже специальная вариация с углублениями для приготовления оладий.

Ещё тётя продаёт традиционные деревянные миски, которые тут используют и в быту, и в церемониях. Как я понял, это что-то вроде нашей хлеб-да-соли — из такой миски предлагается выпить гостю.

Рыбный отдел. Рыба лежит в холодильнике вместе с глыбами льда и сотнями мух. За доплату парни могут почистить разделать рыбу прямо тут на картонке.

Гранд-мечеть Ниамея это довольно скромное здание, окруженное небольшим парком. Расположена на Ислам-авеню.

Казалось бы, мечеть как мечеть. Достопримечательность. Но только я вышел из машины с камерой — тут же приехал на мопеде какой-то местный службист и спросил, что мы тут делаем и кто такие. Не положено.

Мечеть построили ещё в 1970-х на ливийские деньги — проекты Каддафи есть буквально во всех африканских столицах и это вызывает восхищение.

Кстати, именно в Нигере расположена самое высокое здание из глины в мире — мечеть в Агадезе с её минаретом, построенная в 16 веке.