«Убили, значит, Фердинада-то нашего». С этой фразы начинается роман Ярослава Гашека про похождения бравого солдата Швейка — книги, на которой основана моя литературная идентичность.

Помню, что это достаточно нудный роман, в том смысле что на протяжении всей книги Швейк постоянно рассказывает разные истории. И я когда читал, думал: да откуда! Откуда он это всё берёт? Как с одним человеком может столько приключиться?

Как сейчас помню, примеривал Швейка на себя и боялся: у меня в жизни этих историй всего-ничего. Их рассказать — хватит одного часа, а потом что? Кому я буду интересен, если мне нечего рассказать. Но со временем чёт так увлекся жизнью, что теперь этих историй — люди устают.

И вот я тут.

Стою у Латинского моста. На том самом месте, где убили «нашего Фердинанда». Трамвайная остановка, уличная мусорка, попрошайка, торговец с китайской ерундой, у здания напротив в плитке медная пластина с отпечатком ног — место с которого Гаврила Принцип убил Франца Фердинанда.

Позавтракал недалеко от этого перекрестка, в кафе Mrviza. Чудесная тарелка с тремя упругими зажаристыми сосисками, двумя хэшбраунами, мелко нарезанными маринованными огурчиками, щедрой порцией горчицы, кренделем с солью и пончиком под кофе. И это всё за 17 марок (8€, 800₽).

Сараево, доброе утро!